Тиккун. Девушка как социальное отношение

(фрагмент книги «Теория Девушки»)

 

 

Девушка – это простейшее социальное отношение, центральная форма желания внутри Спектакля. И тем временем любовь была низвергнута до уровня самой заразительной из ролевых игр Спектакля.

 

Девушка никогда не даёт себя саму, она не даёт ничего, кроме того, что у нее есть, т.е. набора данных ей качеств. Поэтому Девушку невозможно любить, а можно лишь потреблять.

 

«Мне бы не хотелось к кому-то привязываться всерьёз, понимаешь».

 

Соблазнение – вид социальной работы, который осуществляет Девушка. Импотенция и фригидность Девушки непосредственно проявляется в том, что её собственная эротическая сила отделилась от неё и стала автономной настолько, что теперь может господствовать над ней.

 

Когда девушка хихикает, она всё ещё трудится.

 

Овеществление Девушки настолько соответствует миру авторитарных товаров, что его следует признать её основной профессиональной обязанностью. Сексуальность является настолько же важной для Девушки, насколько каждый её половой акт является ничтожным.

 

Они остаются реалистами даже в любви.

 

Девушке недостаточно верить, что сексуальность существует, она клянется, что она её нашла. Новые боги, новые суеверия.

 

«Что такое качественный секс?»

 

Никогда не забывай, что любящая тебя Девушка также выбрала тебя.

 

«Разочарование в любви позволяет сбросить три килограмма».

 

Для Девушки обольщение никогда не заканчивается, потому что с обольщением заканчивается и сама Девушка.

 

Все отношения с Девушкой заключаются в том, чтобы быть выбранным заново в каждый момент. Тут, как и на работе, те же самые контрактные обязательства.

 

Девушка не любит никого, кроме обезличенных человеческих действий. Ей удаётся обнаружить Спектакль повсюду, и где бы она его не нашла, она им восхищается.

 

Поскольку в Спектакле даже «плотская связь» может своевременно увеличивать разделение. 

 

«ВЕРЬ В КРАСОТУ».

 

«Диктатура красоты» одновременно является и диктатурой уродства. Речь идет не о жестокой гегемонии определённой парадигмы красоты, но о чём-то более радикальном, о гегемонии физического симулякра как формы объективности существ. Поняв это, становится очевидным, что ничто не мешает подобной диктатуре распространиться на всех: красивых, уродливых, так себе.

 

При любых условиях Девушка не против изобразить покорность: потому что она знает, что она доминирует. Это достаточно близко к мазохизму, которому так долго учили женщин и который заставляет их отдать мужчинам символы власти, чтобы восстановить внутреннюю уверенность в том, что они их в действительности сохранили.

 

Сексуальность не существует.

 

Это абстракция, отдельный момент, возведённый в абсолют и ставший призраком отношений между людьми.

 

Девушка находится на своём месте лишь в отношениях, чисто внешних по характеру.

 

Девушка является производством и движущей силой производства, то есть она является потребителем, производителем, потребителем производителей и производителем потребителей.

 

«Женственность» Девушки лишь обозначает тот факт, что Спектакль обратил легендарную близость «Женщины» с природой в абсолютную близость со «второй природой» Спектакля.

 

«Настрой свою пару!»

 

Пара: сковать весь неконтролируемый поток расстояний между телами, выделяя в нем приемлемую территорию близости.

 

Девушка придаёт слову «желание» крайне своеобразное значение. Не следует ошибаться: в её устах оно не обозначает то стремление, которое одно смертное существо может испытывать в отношении другого смертного существа или чего-либо ещё, но исключительно, на обезличенном уровне ценности, разность потенциалов. Это не эмоциональное напряжение этого создания к своему объекту, но напряжение в вульгарном электрическом смысле, механическое неравенство.

 

Соблазнение изначально не было спонтанным отношением между мужчинами и женщинами, но основным отношением людей между собой. Соблазнение всегда имело сексуальность в своем пустом центре, но последняя была отталкивающей, пока её эффект не был инвертирован. Стыд и эксгибиционизм – два противоположных полюса одной и той же выдумки.

 

Спектакль смотрит на вас глазами Девушки. 

 

Экзистенциальное состояние Девушки не замедлило распространиться во всех сферах человеческой деятельности. Например, в архитектуре это называется фасадизм.

 

Девушка обретает свою реальность вне себя, в Спектакле: во всех подложных представлениях идеала, которые он распространяет, во всех мимолётных условностях, которые он устанавливает, во всяком поведении, которому он требует подражать. Она является лишь незначительным сгущением всех этих абстракций, которые ей предшествуют и которые следуют за ней. Другими словами, она является чисто идеологическим созданием.

 

«Сдержанная и рассудочная, чувственная и холодная, эффектная и энергичная, непостоянная и творческая, активная и властная, милая и общительная, подавляемая и чувствительная, эмоциональная и сознательная. Кто вы на самом деле?»

 

Сущностью девушки является таксиномия. 

 

Среди монад соблазнение – то отношение, которое наиболее соответствует их сущности. Завершенность и нечувствительность обоих сторон составляют фундаментальную гипотезу. Однако, эту нечувствительность к тому, кого она обнимает, Девушка называет «уважением».

 

Пикап является наиболее очевидной областью механического функционирования товарных отношений.

 

«Мода является подходящей игровой площадкой для индивидуумов, которым не хватает самостоятельности, и они нуждаются в очках поддержки, но притом им надо отличиться, привлечь к себе внимание, выделиться… Мода возвышает ничтожного, делая его представителем тотальности, конкретным воплощением общего духа. Она позволяет сделать возможной социальное послушание, которое одновременно является индивидуальной дифференциацией… В данном случае действует смесь из покорности и чувства превосходства» (Георг Зиммель, Философия моды).

 

Пара подвержена шантажу, который проявляется сильнее и сильнее как шантаж сексом. Но подобный ультиматум имеет двойственный характер: Девушка позволяет себе быть действительно близкой лишь с «лучшими друзьями / подругами», в отношении которых всякая латентная сексуальность была погашена заранее; и никто не удерживается ею на столь большом расстоянии, как те, с кем она спала. Именно опыт этого расстояния трансформирует любовника / любовницу в партнёра.

 

Всё поведение Девушки выражает одержимость расчётом. 

 

«Если бы она была моей, она бы никогда не была бы только моей, и не должна была бы ей быть. Красота создана для глаз всех, это общественная институция» (Карло Досси, Любови, 1887).

 

На жизненном пути Девушки её целью является «ноль ошибок». Таким образом, она применяет к себе самой правила, действющие на производстве. Её империализм не является чуждым этому стремлению служить примером для остальных Блумов. 

 

Всякая деятельность Девушки, в пользу которой она отрекается от всякой свободы и в которой она никогда не перестаёт терять себя, имеет косметический характер. Это, среди прочего, то, что делает её подобным всему этому обществу в целом, которое так стремится очистить своё лицо.

 

У Девушки есть привычка называть овеществленное единство своих ограничений своей «личностью». Она может тем самым утвердить своё право на ничтожность, как на право «быть собой», то есть то единственное право, которое она отвоёвывает и защищает.

 

Потому чтобы секс мог распространиться на все сферы человеческого существования, в первую очередь требуется, чтобы он был причудливо выделен как момент, отдельный от всей остальной жизни.

 

Тело Девушки является лишь концессией, выданной ей на более-менее длительный срок; это хорошо объясняет ту ненависть, которую она к нему испытывает. Это лишь временная резиденция, что-то, что она взяла напрокат, хотя и пользуется этим бесплатно; ещё и потому, что стены, её коммодифицированная реальность, проецируемая капиталом, движущая сила производства и потребления, остаются во власти социальной автономизированной тотальности.

 

«Эй, за кого он себя принимает?»

 

Девушка является формой «социальной связи», которая, в первую очередь, связывает вас с этим обществом. 

 

«Идеальный секс не импровизируется; он задумывается, организовывается и планируется».

 

Любовь Девушки – это работа, и как всякая работа, она стала ненадёжной. Такие незначительные идентичности как «мужественность» и «женственность» являются лишь удобными инструментами в управлении социальными отношениями в Спектакле. Это фетиши, необходимые для распространения и потребления других фетишей.

 

Спектакль находит своё отражение в Девушке, которая является его Пигмалионом. Сама по себе Девушка ничего не выражает, она – знак, чей смысл находится извне.

 

Девушка является аппаратом по упрощению всего, вступающего с ней в контакт, до уровня Девушки.

 

«Жить вместе, но каждый сам за себя».

 

Девушка – это высшая точка отчужденной социализации, где самый социализированный также является наиболее асоциальным.

 

В сексуальности, как и в деньгах, отношения автономизируются от тех, кого они соединяют.

 

В первую очередь её тело (но в целом, и всё её существо) выражает характер капитала, которого Девушка была лишена.

 

Сексуальность – это механизм разделения. Через неё в социальных отношениях утверждается фикция истинной сферы всех отношений всех существ, где расстояние от себя до себя, как и от себя до другого, было наконец преодолено, где была воссоздана чистая случайность. Выдумка сексуальности устанавливает альтернативы истина / видимость, искренность / ложь таким образом, что всё, что ею не является, оказывается отвергнутым как ложь. Таким образом, она заранее предотвращает всякую возможность создания отношений между людьми. Искусство расстояний, экспериментирующее преодоление разделения, создаётся против механизма «сексуальности» и его бинарного шантажа.

 

Девушка также является элементом декора, петушком на флюгере «современных» условий существования.

 

Даже о любви девушка говорит на языке политической экономии и управления.

 

Весь мир Спектакля – это зеркало, которое показывает Девушке картину, похожую на её идеал.

 

В мире Девушки требование свободы приняло форму требования соблазнения.

 

Девушка является анекдотом мира и господством мира анекдота.

 

«Работа. Вы вступаете в период важного созидания, который с энергией толкнет вас в будущее. Всё это ждёт вас: удача, творчество, популярность. Любовь. Ваша привлекательность принесёт вам много положительных откликов».

 

Для девушки язык гороскопов также является «языком реальной жизни».

 

Девушка обладает воистину магическим качеством превращать самые разнородные «качества» (удача, красота, ум, благородство, чувство юмора, социальное происхождение и т.д.) в единую «социальную ценность», которой она пользуется при выборе отношений.

 

Спектакль утверждает, что способен пробудить в каждом спящую внутри него Девушку. Это единообразие, которым он продолжает вымысел.

 

Ложь порно заключается в обещании показать непристойное, дать увидеть точку исчезновения всякого представления. В действительности, любой семейный обед, любое собрание менеджеров является более непристойным, чем сцена с окончанием на лицо.

 

В теле Девушки нет места для двоих.

 

Стремление Девушки превратиться в символ говорит ни о чём ином, как о её желании участвовать любой ценой в обществе безучастности. Она выражает непрестанную попытку оставаться в соответствии со своим видимым образом. Задача предполагает фанатизм.

 

Любовь невозможна в современных условиях производства. В мире рыночного разоблачения, подарок предстаёт либо как абсурдная слабость, либо как часть потока других обменов, управляемого «расчетом бескорыстия». Человек должен иметь близость лишь со своими интересами, до той степени, пока они ещё не предстают перед ним разоблачёнными, пока ещё ложь и симуляции сохраняют правдоподобие. Потому воцаряется параноидальная подозрительность о подлинных намерениях и мотивациях других; подарки являются столь подозрительными, что в дальнейшем придется платить за право дарить. Девушка знает об этом лучше, чем кто-либо ещё.

 

грязная игра в обольщение

 

Когда частная собственность очищается от всякой своей метафизической сущности, она не умирает тотчас. Она выживает, но её содержание теперь противоположное: она является правом лишать других использования нашего имущества. Когда половые акты освобождаются от всякого имманентного значения, их количество начинает быстро увеличиваться. Но теперь это, в конечном счете, лишь эфемерная монополия на использование генитальных органов друг друга.

 

Для Девушки несерьёзность всяких отношений является следствием несерьёзности существования.

 

Опубликовано в кн.: Тиккун. Теория девушки. Предварительные материалы / Пер. с франц. С. Михайленко. М.: Гилея, 2014 (серия «Планы на Будущее").

ВСЕГО В КОРЗИНЕ: 0

ПОКУПКА НА СУММУ: 0 РУБ.

В издательстве Grundrisse вышли две автобиографические книги авангардных художников – Алексея Грищенко и Натальи Касаткиной

img

Пётр Смирнов

Будуинские холмы: Полная версия книги стихов и другие тексты 1980–1990-х годов / Подг. текстов А. Ерёменко, сост. и коммент. С. Кудрявцева

2019

Гилея (Real Hylaea)

img

Боб Блэк

Только анархизм: Антология анархистских текстов после 1945 года / Пер. с англ. и фр. В. Садовского, С. Михайленко и др., общ. ред. С. Кудрявцева

2020

Гилея