К. Риха. Предисловие к книге Й. Баадера «Пейте молоко Млечного Пути»

 

 

Йоханнес Баадер был дада прежде дада, во время дада и после дада. На основании ощущения воскрешения он чувствовал себя воскресшим Иисусом Христом, в качестве такового предоставлял аудиенции за прогрессирующую плату и избежал призыва на военную службу, когда должен был стать солдатом в Первую мировую войну, поскольку обратился напрямую к Вильгельму II с телеграммой, призывающей к миру. Архитектор по образованию, поначалу специализировавшийся по надгробным памятникам, позднее он создал проект «Всемирного храма межрелигиозного союза человечества». Он чувствовал своё призвание быть всемирным президентом, и когда ему была предложена роль Обердада среди берлинских дадаистов, он её, разумеется, принял. В этой функции он обеспечивал самые скандальные акции движения: в Берлинском кафедральном Соборе он перебил бывшего императорского проповедника Дриандера вопросом, чем для того является Иисус Христос, и сам же ответил на этот вопрос: «Колбасой». В Веймарском Национальном собрании, когда там обсуждалась статья о свободе высказываний, он разбросал 16 июля 1919 г. свою листовку «Зелёный труп» и вызвал тем самым публичный скандал. Вместе с Раулем Хаусманом он издавал журнал Дада, публиковался в Альманахе Дада, участвовал в дада-турне в Дрезден, Лейпциг, Прагу и Гамбург, выставил по случаю Первой международной ярмарки дада свою монументальную, изготовленную из разнообразнейших материалов конструкцию Фантастической истории жизни — и в 1921 г. наряду с «дадасофом» Раулем Хаусманом, «дадамаршалами» Георгом Гроссом и Отто Бурхардом был обвиняемым в дада-процессе за оскорбление германских вооружённых сил. К сожалению, не сохранилась его Настольная книга Обердада, мощный сборник коллажей, который он снабдил собственными надписями и пояснениями и который пытался продать за огромную сумму в долларах «почётному дада» Бену Хекту. Точно так же утерян его сборник 373 тайных акта дадаистского движения, несколько попыток реконструировать который он, тем не менее, предпринял после Второй мировой войны. В 1925 г. — будучи журналистом газеты «Гамбургер Абендблатт» — он организовал последний публичный дада-утренник, но во всём прочем — как никакой другой член этой группы художников-антихудожников, к которой он принадлежал, — хранил воспоминания о дада и практиковал свой личный дадаизм даже во времена господства национал-социализма и вплоть до последних дней жизни. Он умер в 1955 г. почти восьмидесятилетним — по сути, забытым — в одном баварском доме для престарелых.Берлинские дадаисты в своих воспоминаниях портретируют его каждый на свой лад, а поскольку Обердада реализовался не только в том, что печаталось и коллажировалось, но и в своих деяниях, эти рассказы о нём есть нечто большее, нежели просто анекдоты. Франц Юнг видел в нём лишь «тренировочную грушу» Рауля Хаусмана: «Баадер совершал только те движения и говорил лишь то, чем зарядил его Хаусман». Ханс Рихтер, наоборот, запечатлел, что Обердада с «его бесстрашным и безоглядным бунтарством <…> являл собой максимальное выражение берлинского дадаизма в период с 1918 по 1919 гг.»: «Его бунтарство располагало не только методами, но и обладало силой убеждения. Это было так, как если бы вдруг внезапный и полный разлом и крушение всего заведённого порядка стократно усилили его воображение. <…> Он был одержимый, чья стихийность в это время и в сообществе бунтарей не только набирала силу, но и вызывала восхищение. Он был куском динамита, который подрывал сам себя». Вальтер Меринг подтверждает это в̍ идение и модифицирует его следующим образом: для него Баадер был «бесспорно достойнейшим, самым выдающимся <…> в нашей среде»: «Его существо излучало тот радиоактивный флюид, эманация которого исходила от дервишей, африканских колдунов, русских старцев, польских раввинов и от пророков Иеремий, которые во власяницах, в стоптанных сандалиях бредут по болотам коррупции, по мостовой нью-йоркского Бродвея и по площади Колумба, зажав в кулаке зловещее предостережение, написанное на картонке: Страшный суд завтра, сегодня ещё не поздно обратиться!» Рауль Хаусман стоял к нему, пожалуй, ближе всех и констатировал: «Он видел всю жизнь под совсем другим углом зрения, чем рассматривают её люди разумные и порядочные, и поэтому он был вынужден атаковать эту оседлую жизнь. Философия, логика, даже эстетика не имели для него веса, ибо в основе его существа он был одним из немногих СВОБОДНЫХ людей, которые не находят места в обществе». Намекая на мистические связи Баадера с небом и землёй, которые делали его изобретателем великого — воображаемого — памятника миру, простиравшегося от мысочков его ступней до звёздного неба, Георг Гросс договаривается до безумия Баадера, инспирированного религией, безумия, которое не раз приводило его к лечению у психиатра, и до его совершенной мании величия, но делает примечательную оговорку: «В те странные времена он вряд ли отличал себя от нас, остальных дадаистов, тем более от меня». И Ханна Хёх, в конце концов, вспоминает: «Поначалу для меня были непостижимы взаимосвязи в характере этого человека и его проявления. Он был теснейшим образом связан с духом времени, реагировал безудержно, стремительно и независимо на все события, вынужденный поневоле писать письма. Письма, которые излагали его точку зрения и которые он ориентировал на кульминационную точку происходящего, будь то персоны или институции». И —  становясь всё интимнее — она добавляет к этому: «Он излучал спокойствие, превосходство и человечность, которые временами давал мне почувствовать в моём отношении к Хаусману. Хаусман называл его (отнюдь не отрицательно) шуссенридским небесным посланником. Я считала это место порождением фантазии. Теперь я знаю его: Шуссенрид, почтовый индекс 7953».

 

Переведено Т. Набатниковой по кн.: Baader J. Trinken Sie die Milch der Milchstrasse. Hamburg; Zurich: Nautilus; Moderne, 1990. S. 7–10.

ВСЕГО В КОРЗИНЕ: 0

ПОКУПКА НА СУММУ: 0 РУБ.

В печати – сборник пананархистов и первых идиш-футуристов братьев Вольфа и Аббы Гординых "Анархия в мечте"

img

Юрий Злотников

Искусство как форма существования

2019

Grundrisse

img

Грейл Маркус

Следы помады: Тайная история XX века / Пер. с англ. А. Умняшова под ред. В. Садовского

2019

Гилея