В день, когда в 1937 г. был расстрелян поэт и режиссер Игорь Терентьев, помещаем на сайте pdf его книги "Мои похороны", выпущенной "Гилеей" 20 лет назад

 

Пишем потому, что в этот день в 1937 году в Москве погиб поэт-заумник, постфутурист, русский дадаист, режиссер-экспериментатор Игорь Герасимович Терентьев. Ранее в разделе "Публикации" мы поместили его необыкновенную пьесу, предвосхитившую театр Обэриу, "Иордано Бруно" (одноименная книжка вышла в "Гилее" в 2000 году), а также тексты некоторых документов, касающихся его двух арестов и последующей гибели. Сейчас же в разделе "Сканы книг" мы вывешиваем полную электронную версию вышедшей у нас в 1993 году книги И. Терентьева "Мои похороны", составленной из стихов 1918-1919 гг., писем 1917-1922 гг., следственных показаний 1931 г., а также документов 1931-1959 гг., связанных с арестами, заключением и убийством поэта.

 

В этот же день в 1968 году в Москве умер замечательный поэт, основатель заумной школы и русского дада, друг, учитель, соавтор Терентьева Алексей Елисеевич Кручёных, написавший в 1930-е обращенное к другу биографическое стихотворение "Игорь, помнишь?.." (опубл. в нашем "Терентьевском сборнике. 1996"). "Гилея" выпустила три книги Кручёных: "Кукиш прошлякам" (1992), "К истории русского футуризма" (2006) и еще имеющуюся в продаже "Письма А. Шемшурину и М. Матюшину" (2012). Несколько материалов Кручёных из этих книг вывешены в главке "Беспредметность, заумь и футуризм" раздела "Публикации". Сегодня в память о нем в разделе книжных сканов помещаем pdf книги Кручёных 1922 года "Зудесник".

 

Теперь о Терентьеве и книге "Мои похороны" говорит наш коллега Ярослав Скоромный: 

 

17 июня 1937 года в Бутырской тюрьме в Москве был расстрелян Игорь Терентьев, поэт, теоретик искусства и театральный режиссер – один из самых радикальных деятелей русского авангарда. Эту короткую характеристику безусловно можно продолжить, тем более что упомянутый выше радикализм – далеко не единственное,  чем он интересен и ценен.  Однако в нашу задачу не входит написание очерка, посвященного жизни и творчеству Игоря Терентьева. Да и выкладываемая нами книга, вышедшая в далеком 1993 году, представит поэта гораздо лучше любого очерка. Тем более что сегодня, несмотря на поднявшийся интерес к его творчеству, Терентьев остается по большей части неизвестным и недостаточно изученным. Случай нередкий для авторов, которых условно можно объединить под маркой русского авангарда. 

 

Однако среди многих его выдающихся коллег Терентьеву принадлежит совершенно особенное место – его творчество, в частности, заполняет ту нишу, которая расположена между русским футуризмом и обэриутами.  Терентьев не просто продолжал идеи футуризма, он изменял и развивал их. Недаром его критика относилась не только к авторам, которых условно можно назвать «традиционными» – прошляками, пользуясь словами Крученых – но и к футуристам, которые используют одни и те же приемы. Уже в 1919 году, в письме к М.М. Карповичу, Терентьев пишет, что он «вышел за пределы футуризма». Этот выход за пределы футуризма, реализованный в Тифлисе группой «41 градус», можно, например, назвать русским дадаизмом, хотя сам Терентьев (также в одном из писем) придумал другой термин – «суперфутуризм». 

 

Вот, например, его размышления о зауми из книги «Крученых грандиозарь», вышедшей в том же 1919 году в Тифлисе: «На заумном языке можно выть, пищать, просить того, о чем не просят, касаться неприступных тем, подходя к ним вплотную, можно творить для самого себя, потому что от сознания автора тайна рождения заумного слова скрыта почти так же глубоко, как от постороннего человека. Но заумный язык опасен: он убьет всякого, кто, не будучи поэтом, пишет стихи». Концепция зауми получает у Терентьева неожиданное и глубокое развитие. Заумь как что-то принципиально невозможное, непознаваемое – далеко не просто набор диковинных и непонятных слов. Характерна и обмолвка о той опасности, которую содержит в себе заумь – язык предельно искренний и не терпящий лжи. 

 

Гилейская книжка, которую мы выкладываем, примечательна не только тем, что она стала первым изданием Терентьева в России, но и включенными в нее письмами, а также следственными материалами, связанными с «делом Терентьева». У читателей есть возможность познакомиться с его поэтическим наследием и составить портрет Терентьева-человека, который подчас не менее интересен. Неутомимый энтузиаст, в жизни Терентьев нередко оказывался неудачником, который не мог и не желал подчиняться действующим законами и правилам. Но несмотря на свои многочисленные неудачи и недолгую жизнь,  он успел и сделал очень и очень многое. 



Поделиться ссылкой:

ВСЕГО В КОРЗИНЕ: 0

ПОКУПКА НА СУММУ: 0 РУБ.

В последний месяц лета раскрываем информацию о наших планах

img

Братья Гордины

Анархия в мечте: Публикации 1917–1919 годов и статья Леонида Геллера «Анархизм, модернизм, авангард, революция. О братьях Гординых» / Сост., подг. текстов и коммент. С. Кудрявцева

2019

Гилея (Real Hylaea)

img

Ги Дебор

Ситуационисты и новые формы действия в политике и искусстве: Статьи и декларации 1952–1985 / Сост., коммент. и примеч. С. Михайленко; пер. с фр. С. Михайленко и Т. Петухова

2018

Гилея