Ги Дебор. Тезисы о культурной революции

 

 

1. Традиционная цель эстетики состоит в том, чтобы заставить почувствовать в лишении и отсутствии некоторые прошлые элементы жизни, которые посредством искусства избегают смешения образов, так как образы это то, что страдает от господства времени. Степень эстетического успеха измеряется красотой, неотделимой от времени и даже стремящейся претендовать на вечность. Цель ситуационистов заключается в непосредственном участии в изобилии чувств, даруемом жизнью, путём изменения преднамеренно организованных мимолетных мгновений. Успех этих мгновений определяется ничем иным, как эффектом от их прохождения. Ситуационисты определяют культурную деятельность, с  точки зрения тотальности, как метод экспериментального конструирования повседневной жизни, которая может быть постоянно совершенствуема по мере увеличения возможностей для досуга и исчезновения разделения труда (начиная с разделения художественного труда).

2. Искусство способно перестать быть отчетом об ощущениях и превратиться в непосредственного организатора высших ощущений. Речь идет о производстве самих себя, а не порабощающих нас вещей.

3. Масколо прав, когда говорит в книге «Коммунизм»*, что сокращение рабочего дня режимом диктатуры пролетариата является «наиболее верной гарантией революционной сущности этого режима». Действительно, «если человек - это товар и к нему относятся как к вещи, если основные человеческие отношения являются отношениями между вещами, то причина этого в том, что у человека можно купить его время». Масколо, однако,  приходит к поспешному выводу, что «время добровольного труда» всегда потрачено не зря, и что «покупка времени является единственным злом». Не существует никакой свободы в использовании времени без владения современными инструментами конструирования повседневной жизни. Использование таких инструментов ознаменует превращение утопического революционного искусства в экспериментальное революционное искусство.

4. Международную организацию ситуационистов можно рассматривать как объединение рабочих передовых отраслей культуры, точнее, как союз тех, кто провозглашает право на труд, невозможный в нынешних социальных условиях, или еще точнее, как попытку создания организации профессиональных культурных революционеров.

5. В действительности мы отделены от подлинного контроля над материальными ресурсами, накопленными к нашему времени. Коммунистическая революция так и не произошла, и мы всё ещё живём в ситуации разложения старых культурных надстроек. Анри Лефевр верно замечает, что это противоречие находится в центре специфического современного разногласия между прогрессивным человеком и миром, и называет культурные тенденции, основанные на этом разногласии «романтически-революционными». Недостаток концепции Лефевра заключается в том, что он делает простое выражение разногласия критерием революционного действия в области культуры. Лефевр заранее отказывается от какого-либо попыток глубоких культурных изменений, оставаясь довольным содержанием: знанием (всё ещё слишком отдаленным) о том возможном и невозможном, что может быть выражено в абсолютно любой форме в ситуации разложения.

6. Те, кто хотят преодолеть во всех аспектах старый установленный порядок, не должны связывать себя с нынешним беспорядком, даже в области культуры. Мы должны немедленно приступить к борьбе, в том числе, и в области культуры, за непосредственное появление измененного порядка будущего. Его возможность, уже присутствующая в нашей среде, обесценивает все известные формы культурного выражения. Необходимо довести все формы псевдокоммуникации до их полного уничтожения, для достижения в будущем истинно непосредственной коммуникации (в терминах нашей рабочей гипотезы о высших культурных методах: «созданной ситуации»). Победа будет за теми, кто сможет создать беспорядок, не полюбив его.

7. В мире культурного разложения мы можем попробовать наши силы, но не применить их. Практическая задача преодоления нашего разногласия с миром, то есть преодоления разложения некоторым высшим созиданием, неромантична. Мы будем «романтически-революционными» по определению Лефевра именно в случае нашей неудачи.

* - Ги Дебор отсылает читателя к работе французского философа Диониса Масколо «Коммунизм. Революция и коммуникация или диалектика ценностей и потребностей». См.: Mascolo D. Le communisme. Révolution et communication ou la dialectique des valeurs et des besoins. Paris, 1953.

 

Перевод с франц. С. Михайленко.

ВСЕГО В КОРЗИНЕ: 0

ПОКУПКА НА СУММУ: 0 РУБ.

В последний месяц лета раскрываем информацию о наших планах

img

Грейл Маркус

Следы помады: Тайная история XX века / Пер. с англ. А. Умняшова под ред. В. Садовского

2019

Гилея

img

Ги Дебор

Ситуационисты и новые формы действия в политике и искусстве: Статьи и декларации 1952–1985 / Сост., коммент. и примеч. С. Михайленко; пер. с фр. С. Михайленко и Т. Петухова

2018

Гилея